Решил как-то один человек, что у него слишком тяжелая судьба. И обратился он к Господу Богу с такой просьбой:
- Спаситель, мой крест слишком тяжел и я не могу его нести. У всех людей, которых я знаю, кресты гораздо легче. Не мог бы ты заменить мой крест на более легкий?

И сказал Бог:
- Хорошо, я приглашаю тебя в мое хранилище крестов - выбери себе тот, который тебе самому понравится.

Пришел человек в хранилище и стал подбирать себе крест: он примерял на себя все кресты и все ему казались слишком тяжелыми. Перемеряя все кресты, заметил он у самого выхода крест, который показался ему легче других и сказал Господу:
- Позволь мне взять этот.

И Бог сказал:
- Так ведь это есть твой собственный крест, который ты оставил в дверях, чтобы примерить остальные.

Многие люди полагают, что их интерес к предмету является достаточной подготовкой. Более того, они не могут поверить, что другие, возможно, имеют способность восприятия, в то время как они сами должны ждать.
Джунайд однажды проиллюстрировал это на очевидном уровне, когда некоторые из его двадцати учеников ревниво отнеслись к его привязанности к одному из них. Притча-в-действии, которую он изобрел, стоит того, чтобы над ней поразмышлять.
Он созвал всех своих учеников и велел им принести двадцать кур. Каждому было сказано отнести одну птицу туда, где его никто не увидит, и убить ее.
Когда они вернулись, птицы были мертвы: все, за исключением той, что взял обсуждаемый ученик.
Джунайд в присутствии остальных учеников спросил его, почему он не убил свою птицу.
"Вы велели мне пойти туда, где я не могу быть увиденным, но такого места нет: Бог видит все", - ответил человек.

Встретились в небе бумажный змей и голубка.
- Милочка, полетаем? - шепнул пернатый.
- Полетаем! - проворковала голубка.
Воздушный поток подхватил обоих и понес в облака.
- Свобода! - закричала птица, расправляя крылья.
- Напряжение! - завопил бумажный змей, сдавленный веревкой.
- Тебе не нравится быть свободным? - удивилась голубка.
- Мне не нравишься ты! - со злостью прошипел змей, направляясь к земле.
- Небеса не для таких дур, - подумал он, глядя вниз.
- Свобода не для скованных цепями, - поняла голубка, поднимаясь выше.
- Но как хорошо все начиналось, - мелькнула мысль у обоих.
- Это любовь, - подумал бумажный змей и затосковал.
- Это любовь! - подумала голубка и ...пожертвовала небесами.

В одном городе (не все равно ли каком, может быть даже в твоем), в Парке Отдыха с каруселями и качелями, с музыкой и разноцветными воздушными шарами, и, обязательно, с мороженым в стаканчике или на палочке, кому как больше нравится, появился новый аттракцион - Волшебное Колесо Счастья.
Очередь на аттракцион выстраивалась с самого утра и не исчезала до самого вечера. Только колокольчик, извещавший о закрытии парка, заставлял людей разойтись. Чтобы назавтра опять собрать здесь.
Люди стояли возбужденные, нервно перетаптывались на месте, пытаясь узнать, что же там будет, на Волшебном Колесе Счастья. Но никто не знал. В очереди не было людей, прокатившихся на колесе.
"О, наверное, счастье такое большое, что его хватает надолго, если люди больше не приходят сюда", - думали ожидающие. А очередь продвигалась так медленно.
Билеты на аттракцион продавал старик. Он был серьезным и молчаливым. На вопросы:
- Ну, как там, на Колесе Счастья?
Всегда отвечал:
- Каждому - свое.
И этим еще больше разжигал любопытство и желание поскорей попасть на атракцион.

Стоял терновый куст.
Лиса мошенничать обыкла
И в плутни вникла:
Науку воровства всю знает наизуст,
Как сын собачий Науку о крючках,
А попросту - бессовестный подьячий.
Лисице ягоды прелестны на сучках,
И делает они в терновник лапой хватки,
Подобно как писец примается за взятки.

Терновый куст
Как ягодой, так шильем густ,
И колется; лиса ярится,
Что промысел ее без добычи варится.
Лисица говорит терновнику:
"Злодей! Все лапы исколол во злобе ты своей".
Терновник отвечал: "Бранись, как ты изволишь.
Не я тебя колю - сама себя ты колешь".
Читатель! знаешь ли, к чему мои слова?
Каков терновый куст, сатира такова.

Нельзя изменить себя в желаемую сторону, не изучая себя постоянно. Нельзя изучить себя, не пытаясь себя изменить. Нельзя изучить себя, не изучая одновременно и с равной заинтересованностью других людей. Нельзя изучать себя или человека холодно: таким путем человек не познаваем, потому что природа его противится изучению как насилию; по-настоящему постичь человека можно, только помогая ему. Ни себя, ни других нельзя изучить иначе как в деятельности и общении. Изучение человека и самоизучение принципиально незавершимы, потому что человек - это "открытая система", меняющаяся во многом непредсказуемо: больше, чем какое-либо другое существо, человек "становится", а не "есть".

В.Леви

Однажды давным-давно, во время сотворения мира, Господь-Бог занялся созданием живых существ. Он созвал всех: Человека, животных, птиц и рыб в том виде, в котором они были - в виде эмбрионов, и сказал:

- Сейчас вы все одинаковы. Я решил дать вам по три особенности, по три органа, с помощью которых вы будете бороться за место под солнцем.

Некоторые животные выбирали крепкую шкуру, чтобы защищаться, некоторые - острые зубы, чтобы нападать, некоторые - быстрые ноги, чтобы убегать. Так шло сотворение живых существ. И последним шёл Человек. Когда очередь дошла до него, Господь-Бог спросил:

- Какими органами наделить тебя, Человек?

И Человек ответил:

- Мне не нужны никакие органы. Ведь не зря ты, Господь-Бог, сотворил меня именно таким.

И ответил тогда Господь-Бог:

- Ты мудр, Человек. Я не зря сотворил вас именно такими. И посему, быть тебе Царём зверей. Будь им и правь ими мудро!

Мастер отправился в путешествие в сопровождении ученика. На окраине деревни им повстречался Правитель. Решив, что Мастер и ученик вышли встретить его и проводить в деревню, Правитель сказал:

- Не нужно было так беспокоиться обо мне.

- Вы ошибаетесь, ваше высочество, - возразил ему ученик. - Мы отправляемся в путь. Но если бы мы знали о вашем визите, то обязательно бы вас встретили.

Мастер не проронил ни слова. И только ближе к вечеру сказал:

- Какая необходимость была говорить, что мы не собирались его встречать? Ты видел, как он смутился?

- Но разве мы могли не сказать ему правду? Тогда мы просто обманули бы его.

- Нет, - ответил Мастер, - он бы сам себя обманул.

Как-то раз созвало Безумие к себе на чай друзей. Все пришли, было весело, пели, плясали, а после торта Безумие предложило сыграть в прятки:

- Я считаю до ста, а вы прячетесь. Первый найденный будет снова считать до ста.

Все согласились, кроме Страха и Лени.

- Один, два, три… - начало считать Безумие.

Паника спряталась первой, куда попало. Радость забегала по саду. Грусть заплакала, думая о бренности жизни. Зависть цеплялась за Ликование и спряталась за высокими скалами. А Безумие всё считало. Отчаяние отчаивалось, так как Безумие досчитало уже до девяносто девяти.

- Сто! - взвизгнуло Безумие. - Я вас ищу!

Первым нашли Любопытство, оно выглядывало в надежде увидеть, кого найдут первым. Висящим на заборе Безумие нашло Сомнение, оно висело на заборе в нерешительности, по какую сторону забора всё же лучше спрятаться.

Всех нашли, и Любопытство вдруг спросило:

- А где же Любовь?

Все стали искать. Безумие в поисках забрело далеко-далеко и вдруг оказалось в прекрасном благоухающем розовом саду. В кустах что-то зашуршало. Безумие раздвинуло розовые ветви и услышало вскрик. Это была Любовь, шипы роз прокололи ей глаза. Безумие металось, ломая руки, извинялось, просило на коленях прощения, вплоть до того, что пообещало Любви оставаться навсегда с ней. Любовь согласилась.

И ходят с тех пор слепая Любовь с Безумием вместе.